ШЕСТОЙ ОТДЕЛ

история БОП Республики Мордовия

ГЛАВА 9. "ВАРЯГИ"

В центре России процветали преступные формирования - со строгой иерархией, мощной финансовой подпиткой, многочисленные, вооруженные. Их лидеры и бойцы прошли через горнило нескольких криминальных войн, стали опытными и закаленными. В криминальных структурах имелись различные направления: экономическое, юридическое, уличное и т. д.

Тем временем на разных фронтах борьбы с оргпреступностью в России находились сотрудники, которым волею судьбы пришлось впоследствии объединить усилия правоохранительных органов Мордовии и разгромить одну из старейших мафий России.

Они еще об этом не знали.
Рассказывает генерал-майор Иван Кладницкий, двенадцать лет бессменно возглавлявший Волго-Вятский РУБОП:


- В 1996 году в порядке эксперимента мы взяли к себе на стажировку восемь курсантов из институтов и академий МВД. Только двое из них затем связали свою судьбу с борьбой против оргпреступности, Сибирев и Панкратов. Причем Игорь Панкратов свое право работать в шестом отделе заслужил кровью.
А дело было так. 21 мая 1996 года стажер, курсант Пермского факультета юридического института МВД лейтенант Панкратов начал очередной день практики в знаменитом "бандитском" отделе с перетаскивания тяжелых металлических сейфов - РУБОП переезжал в здание речного училища рядом с площадью Сенной. И тут приходит информация по банде Евгения Кочурова - засветился один из ее активных участников Пантелеев, находящийся в федеральном розыске за четыре убийства. В центре Нижнего Новгорода на площади Минина ему должны передать загранпаспорт.
Однако желающих выехать на задержание оказалось немного. Были сомнения в достоверности информации, да к тому же надо было перевозить вещи в новое здание. Панкратов понял, это его шанс. Так как ранее его на такие рискованные мероприятия не брали, а тут до конца практики осталось два дня, да и перевозить ему в новое здание пока было нечего. И он вызвался.
Выехали. Прекрасный солнечный день, как всегда, в центре многолюдно. Троллейбусы, маршрутки у кремлевских стен... Только опера вышли из машины, как тут же заметили Пантелеева. Весь на нервах, он ждал у кафе "Олень».
Столкнулись практически нос к носу. Один из оперов выхватил табельный пистолет и с криком: "Стоять! Милиция!» два раза выстрелил в воздух. Пантелеев подпрыгнул и бросился вверх, к памятнику Чкалову. За ним Панкратов, у которого даже пустой кобуры не было, не то что пистолета.
Пантелеев сбросил на бегу нож, затем кастет и нырнул вправо, за здание первой гимназии. А там тупик. И не успел Панкратов вступить в схватку, как бежавший позади сотрудник открыл огонь по преступнику на поражение. Пантелеев упал, Панкратов мигом его скрутил, как учили.
И с тревогой спросил бандита:
- Куда в тебя попали?
Пантелеев, заикаясь, ответил:
- Да не в меня попали, в тебя!
И только тут Игорь заметил, как из его бедра фонтаном бьет кровь. Пуля отрикошетила от стены и попала в него. Подвернувшимся отрезком бельевой веревки перевязал рану, кое-как дошел до машины. Только в госпитале после операции сказали, что ему очень повезло: пуля прошла насквозь всю ногу, но кость не задела. Сантиметр в сторону, и перспективой могла бы быть инвалидность, а не служба в милиции.
В палату пришел коллега, сунул бумагу:
- Пиши, виноват сам.
Игорь улыбнулся:
- Да без проблем. Все напишу, только на работу возьмите!
Несмотря на серьезность ситуации, тот рассмеялся:
- Ну, ты, парень, и нахал!
Об этом разговоре доложили Кладницкому, тому понравилась находчивость стажера, и с 1 сентября 1996 года лейтенанта Игоря Панкратова зачислили в штат отдела по борьбе с бандитизмом и иными опасными преступлениями против личности Волго-Вятского РУБОП.
Игорь Владимирович вспоминает:
- Обычно слушатели института МВД на практику шли в те подразделения, куда планировали потом идти работать после окончания вуза. Я сразу нацелился на "шестой отдел", все время мечтал в нем служить. Прихожу в отдел кадров Волго-Вятского РУБОП, прошусь на практику. Мне говорят: "В армии служил?» - "Нет" - "Стаж оперативной работы есть?» - "Нет" - "Иди в райотдел, зачем тебе время зря терять, мы все равно тебя после окончания вуза не возьмем, так как здесь могут работать только сотрудники, прошедшие "землю" (территориальные ОВД)». Не помню, что я там говорил и как просил, но получилось, взяли. Помню первый день в отделе по борьбе с бандитизмом. Захожу, кругом толчея, куча народу в масках, с пистолетами, на полу бандиты лежат. Собровцы следующую партию ведут... Большинство задержаны за вымогательство. Как раз был разгар 90-х. Все кабинеты забиты. Опера чуть-чуть поспят, и снова на задержания.
Наставником Игоря Панкратова стал легендарный начальник "бандитского" отдела Сергей Качалов. Познакомился, отеческим голосом сказал:
- Присаживайся, сынок. Пиши план ввода-вывода агента из разработки.
Панкратов растерянно:
- Нас этому не учили.
Качалов с укоризной:
- Как же так...
Вздохнул:
- Чему вас учат?..
Наорал только один раз. Когда Игорь уснул на заднем сиденье рядом с арестованным. Как выяснилось, тот был знаменитым Евгением Качуровым, главарем банды, за которой числилось 14 убийств.
- Он улыбается, а сам кадык тебе готов вырвать! И он это сделает, поверь мне, ты шевельнутся не успеешь!
Тогда до бывшего практиканта дошло, с каким контингентом ему придется в будущем иметь дело.
Генерал Кладницкий сдержал свое слово, 1 сентября лейтенант Игорь Панкратов приступил к работе.
- Получил кабинет на двоих, пистолет, машину, наручники, и вперед. Задача - выявление банд. Вначале было, конечно, тяжело, сказывалось отсутствие оперативного опыта, но профессиональный и дружный коллектив активно взялся за мое оперское воспитание. С первого же дня попал в самую гущу событий, так как 4 сентября была проведена реализация оперативной разработки в отношении банды "Лежнина-Макарова", в связи с чем у меня появилась практическая возможность научится применять весь комплекс ОРМ по закону об оперативно-розыскной деятельности. Алексей Душкин, Михаил Ермаков, Александр Мичурин, Владимир Протопопов, Юра Худяков, Владимир Болтунов, Байрамов Байзат, Эдуард Васенев, они и другие коллеги, с кем я начинал свой путь оперативника. И, конечно же, легендарные руководители ВВ РУБОПа И. И. Кладницкий, А. П. Самарин, В. П. Пронин и начальник "бандитского" отдела С. Ю. Качалов, которого я считаю своим наставником. Строгим, но справедливым.

К 2005 году Игорь Владимирович вырос до заместителя начальника отдела по борьбе с бандитизмом и лидерами организованных групп и преступных сообществ оперативно-розыскного бюро ГУ МВД РФ по ПФО. К этому времени за его плечами и плечами сотрудников "бандитского" отдела был не один десяток задержанных банд и арестованных преступных авторитетов. И бесценный опыт, который нарабатывался в условиях свободы от "палочной" системы и отсутствия текучки. Как вспоминает, "елки охранять не ходили". Специфика разработки от лица, а лицо всегда индивидуально, благоприятствовала творческому подходу и нестандартному мышлению.
Один из наиболее ярких примеров - так называемое дело "двух генералов».
Приехал в Нижний Новгород проверяющий генерал из МВД России. Стали его выгуливать по Верхне-Волжской набережной. В роли экскурсовода тоже был генерал. Когда оба любовались красотами Волги, из неподалеку находившегося кафе "Гардиния" вывалилась толпа братков, началась драка, затем прозвучали выстрелы. Пули едва не зацепили и генералов, и генеральский кортеж.
Понятное дело, шум, скандал. Участников разборки на Верхне-Волжской набережной установили сразу - ее устроили с одной стороны два молодых вора в законе Вася Воскрес (Василий Христофоров) и Вадик Белобрысый (Владислав Леонтьев), с другой - криминальный авторитет Александр Покровский.
Как выяснилось, обе стороны "забили стрелу". Когда Покровский со своими людьми, вчетвером, подъехали, то вскоре оказались в окружении десятка машин, из которых высыпало около тридцати крутых парней. Один из подручных Покровского так и не понял, с кем имеет дело, наехал на Воскреса и, естественно, тут же получил от него удар в лицо. Вся толпа накинулась на покровских, стала избивать, а затем в ход пошли пистолеты. Причем, стволы у некоторых были легально, как официальных сотрудников ЧОПа.
Как раз в это время генералы были вынуждены набирать спасительные цифры "02».
Дело едва не дошло до автоматной стрельбы - один из покровских попытался взяться за карабин "Сайга" с боевыми патронами. К счастью ему не дали, и все участники конфликта поспешно разъехались.
Поначалу хотели изъять стрелявшие стволы в ЧОПе, а затем провести сравнительную экспертизу с гильзами, изъятыми на месте происшествия. В этом случае у следствия появилась бы весомая улика, от которой можно было раскручивать дело дальше.
Но за день до проведения выемки один из начальников следственного подразделения, в производстве которого находилось уголовное дело, под благовидным предлогом предупредил чоповцев: мол, готовьте оружие для выемки, мы к вам завтра приедем. Те тут же выехали на стрельбище и отстреляли все стволы. Так важная улика была утеряна, а уголовное дело приостановлено за неустановлением лица, совершившего преступление.
Так что начинать надо было не то что с чистого листа, а еще хуже, с разваленной доказательственной базы. Эта исходное условие потом будет постоянно встречаться в мордовских делах.
Но главное, стало понятно, что из следствия "текло". Это впоследствии подтвердили результаты ОРМ, на которых один из подозреваемых заявил своему знакомому, что он "такую хорошую копеечку закатил в следствие, опера хоть треснут, но ничего доказать не смогут».
Поэтому последующие мероприятия проходили в полной конспирации. Прежде всего, внимание обратили на то, что можно было найти из "доказухи" или реанимировать из того, что уже было. Начался весь комплекс оперативно-розыскных мероприятий.
Был повторно сделан обход. Задействовали курсантов нижегородской академии МВД. Как их напутствовал Панкратов:
- На набережной куча ресторанов, гостиниц, жилых домов... Такое событие в стиле "Чикаго 30-х годов" точно должно оставить след в народной памяти.
И после недельных поисков такой свидетель нашелся!  При условии засекречивания его личных данных он готов был дать показания и участвовать в следственном действии - опознании.
Работали по нескольким направлениям одновременно. Одни опера занимались Воскресом.  Устанавливали распорядок его дня, места проживания, транспорт, количество охраны, передвижение. Другие занимались поиском и закреплением доказательств. Реализация всех оперативных разработок должна была произойти стремительно, чтобы коррумпированные связи вора в законе не смогли организовать противодействие на раннем этапе. С этой целью подключили следователя ГУВД по Нижегородской области майора юстиции Ю. А. Зыкова, который зарекомендовал себя как честный и принципиальный сотрудник. Он запросил под предлогом изучения приостановленное уголовное дело.
После чего изучили список судей, дежуривших в Нижегородском районном суде, куда надо было выходить за избранием меры пресечения после задержания Христофорова. Затем надо было дождаться дня, когда руководитель следственного подразделения, в отношении которого имелась информация о сотрудничестве с Воскресом, уйдет в краткосрочный отпуск. На это время исполнение его обязанностей было возложено на профессионального и порядочного руководителя А. С. Захарова. Также немаловажным моментом было отсутствие в городе адвоката Христофорова, имевшего обширные коррумпированные связи.
На всю операцию запланировали не более четырех часов.
За день до дня задержания следователь Ю. А. Зыков с согласия руководителя А. С. Захарова возобновил уголовное дело, в рамках которого допросили засекреченного свидетеля. С ним провели следственное действие - опознание по фотографии.

На следующий день оперативники и сотрудники СОБРА стояли около дома проживания Воскреса. В 12 часов дня объект вместе с охраной вышел из дома, и сразу был задержан группой захвата, затем доставлен в здание ОРБ на Большой Печерской.
В связи с тем, что по воровским понятиям вор в законе не мог давать показания, то Воскрес от них отказался по статье 51 Конституции РФ. После чего в присутствии дежурного адвоката, так как личный адвокат задержанного находился за пределами города, Христофорову предъявили обвинение, и уже через час в отношении него избрали меру пресечения - заключение под стражу. А уже в 16 часов он в качестве арестованного по уголовному делу о хулиганстве с применением огнестрельного оружия, совершенного организованной группой, был доставлен в СИЗО-1 Нижнего Новгорода.
И только через два часа после того, как авторитет вошел в камеру, на телефон следователя Зыкова посыпались звонки с истерическими криками "На каком основании!? Кто разрешил!? Будешь уволен!»
И хотя до приговора было далеко, но полдела сделано. Вор оказался там, где он должен быть - в тюрьме.

В отделе среди других подчиненных Панкратова выделялся своей оперской смекалкой молодой сотрудник, капитан Алексей Чугунов.
Родился в Саранске в 1975 году. Окончил школу, затем машиностроительный техникум. В начале 90-х машиностроительный техникум в Саранске был "поставщиком" будущих участников ОПГ. Его окончили лидер копеевцев Михаил Копейкин, Евгений Лемайкин из "Химмаша" и другие представители уличной среды. Многих бандитов, сделавших карьеру на криминальном поприще, Алексей знал лично, видел их восхождение. Проходил службу в Сарове, в военно-строительной части, проще говоря, в стройбате. Как вспоминает, "из одной криминальной среды попал в другую».
С такой жизненной "подготовкой" все шансы у саранского паренька Алексея были попасть в контору, тем более что еще перед армией он пользовался уважением среди дворовых ребят не только за физическую силу и быстроту реакции (пять лет серьезно занимался дзю-до), но и за умение решать сложные конфликты.
Но однажды даже это умение не помогло. Вступился как-то за родственника своего друга, на которого наехали "юго-западские" конторщики. На "стрелке" те вроде бы согласились замириться, а затем неожиданно выхватили пистолет и принялись палить. Но, к счастью, никто не пострадал.
История имела дикое продолжение. Когда конторщики поняли, что "завалить" Чугунова не удалось, то явились толпой и потребовали оплатить патроны, которые на него истратили! Несмотря на абсурд, твердо стояли на своем - нам "старшие" приказали. Алексею пришлось выходить на "старших" и решать конфликт.
Обеспокоенные тем, что тогда творилось в Саранске, родители собрали Алексея и отправили в Нижний Новгород к старшему брату, который к тому времени окончил Нижегородскую академию МВД и работал в "шестом отделе" по линии УБЭП.
В милицию идти работать он отказался наотрез и устроился в охранную фирму. Работа по сменам давала возможность кормить семью и учиться в университете на юридическом отделении. Затем ушел в комендантское отделение Волго-Вятского РУБОП, где и познакомился с Игорем Панкратовым.
Талант, как говорится, не пропьешь и не спрячешь. Чугунова приметили, стали потихоньку втягивать в оперскую работу, точнее, он сам к тому времени стал испытывать к ней интерес. Да еще стало получаться...
Но по тогдашним правилам всех желающих работать в "бандитском" отделе вначале пропускали через СОБР и пару командировок на Кавказ. Но Алексея взяли. Начинал с ноля. Ну, не обучали в гражданском вузе основам оперативно-розыскной деятельности. Схватывал на бегу у старших коллег. Участвовал в задержаниях. В конце 2000 года после реорганизации РУБОПа в ОРБ, когда его возглавил генерал-полковник В. Ф. Щербаков, Алексей Чугунов получил звание лейтенанта милиции и перевод в "бандитский" отдел под начало Игоря Панкратова.
Алексей Николаевич вспоминает:
- Первые полгода выполнял отдельные задания Панкратова и Душкина. Мне было сказано: "Будь рядом и слушай!» Я и слушал. Как с жуликами говорят, смотришь, как они себя ведут, впитываешь как губка. Потом самостоятельно стал работать с задержанными, и в какой-то момент сам стал получать информацию. Нас учили: нет информации, нечего сидеть на заднице, никто вам в клювике не принесет. Берите ящик водки, и в колонию. У начальника оперчасти гора информации. В СИЗО люди защищаются, настороже, а в зоне защита спадает - все, борьба закончилась, он будет сидеть. А срока немалые, кому семнадцать лет, кому двадцать. Кто-то недоволен условиями задержания, кто-то хочет съехать с зоны, "выкружить" бонусы, избежать строгих условий содержания. А с нами начальник оперчасти, который может дать эти бонусы. О себе, конечно, сидельцы не рассказывают, добавку не хотят получать. Начинают давать информацию о "коллегах" и нераскрытых делах. У оперов "на земле" тоже всегда было много информации, до которой у них иногда просто руки не доходили из-за постоянной текучки, и они со мной, начинающим опером, охотно делились.
Так Чугуновым, совместно с сотрудниками отдела по борьбе с бандитизмом, была раскрыта банда грабителей из соседнего региона. Один из сидельцев вспомнил, что как-то видел у одних "коллег" трехлитровую банку, набитую золотыми украшениями. Вспоминал: был на хате, квартира на четвертом этаже, дом не помню, кажется, говорили о терпиле по имени Петя...
Вот за эти слова, информацией это обрывочное воспоминание трудно назвать, и ухватился Алексей Николаевич. Задача первая - установить наличие данного факта. А было ли ограбление? Ведь информатор даже года точно не помнит, когда видел. Сразу отзвонились в Нижний, в информационном отделе проверили базы данных, да, точно, было! И имя потерпевшего Петр!
Далее необходимо изучить ранее полученную сотрудниками уголовного розыска информацию, составить справку, что изъято, что может помочь в раскрытии. Или оно вообще пустое, доказательств нет. В этом случае повезло, нашлось даже фото одного из предполагаемых преступников. Чугунов возвращается на зону, показывает фото подозреваемого:
- Он?
- Да.
Опять работа с базой данных, выплывают те же клички, но уже другие эпизоды. Вот только тогда завели дело оперативного учета, и уже в рамках его провели комплекс оперативно-розыскных действий. Все 14 мероприятий. И первое из них - опрос. Ходили повторно, опрашивали подробно, детально, проводили отождествление личности перед свидетелями.
Впоследствии оказалось, за этой бандой 40 разбойных нападений. Начали с разработки трех человек, а на скамью подсудимых сели двенадцать.
Так что к 2005 году у Алексея Николаевича было за плечами четыре года оперативной работы и звание капитана.

За тысячу километров от Нижнего Новгорода в Перми третий из тех, кого позже в Мордовии назовут "варягами", майор Алексей Логунков уже как год возглавлял отдел по борьбе с этническими преступными группировками и по противодействию терроризму.
Алексей сразу после школы поступил на Пермский факультет юридического института МВД России, и в 1996 году получил квалификацию юриста. С 1995 года проходил практику в шестом отделе. Выполнял отдельные поручения, учился работать с информацией.
Службу начал с должности оперуполномоченного межрайонного отдела по борьбе с экономическими преступлениями при УВД Пермской области, но через три месяца перевелся старшим опером отделения по подрыву экономических основ преступных сообществ второго отдела в УБОП при УВД Пермской области.
Дали линию потребительского рынка. Борьба с контрафактным алкоголем, проще - с бодяжной водкой, смертность от которой тогда превышала смертность от всех ДТП в России. Старшие коллеги, еще с опытом советской милиции, В.Б. Прохоров, В.В. Козлов, В.И. Пермяков и другие, уважительно относились к молодым сотрудникам, помогали, передавая свои знания и опыт, делились информацией, пока те не наработали свою базу.
Одно из первых дел Логункова - разгром сразу нескольких подпольных цехов по изготовлению суррогатного алкоголя. Вычислил всю цепочку, от реализации до ввоза сырья. Фигуранты получили реальные сроки, а Алексей бесценный опыт по документированию преступных групп разной направленности. Ведь все 90-е годы так или иначе были связаны с группами, будь то "бодяжники", мошенники или вымогатели.
Работая с потребительским рынком, большая часть которого находилась под контролем этнических групп, Логунков наработал хорошие оперативные связи в этнической среде. И когда стали создаваться в системе УБОПов отделы по борьбе с этническими преступными группировками и по противодействию терроризму, ему предложили такой отдел возглавить. Тем более, что на протяжении ряда лет Алексей Логунков входил в число лучших оперов пермского УБОПа, а в 2001 году был поощрен автомобилем ВАЗ-2105 в числе лучших оперативников УБОП России.
В 2005 году раздался звонок из Нижнего Новгорода от бывшего однокурсника Игоря Панкратова:
- Алексей, почему бы тебе не поработать начальником отдела по борьбе с бандитизмом в УБОПе по Республике Мордовия?
Алексей Юрьевич вспоминает:
- Решился сразу. Квартиры не было в Перми, и не предвиделось. А в Мордовии пообещали. Чем плохо мое желание? А что, быть все время в числе лучших сотрудников, и бегать со съемной квартиры на съемную с женой и маленьким ребенком - это хорошо?
И хохочет:
- А чтоб всем не объяснять причину смены работы, говорил просто: пацаны позвали!
Кстати, про смену жилья, хотя и правда, но не вся... Молодой руководитель, опер по призванию, а тогда Алексею было тридцать, чувствовал в себе силы делать реализаций больше, чем предусматривала его должность начальника отдела по противодействию терроризму. И вопрос, который стоял перед ним как опером, был намного серьезнее, чем бытовой: вопрос самореализации, раскрытия заложенного в нем творческого потенциала.
Как говорится, просите и дано будет вам. Посмотрели Небеса на Алексея Юрьевича. Реализаций больше? Арестов больше хочется? Есть такое местечко у вас на Земле, есть. Ну, вперед, в Саранск.

 События в Мордовии, хотя и не в полном объеме, были известны И. В. Панкратову и членам его будущей команды. Обмен опытом в ОРБ по Приволжскому федеральному округу был налажен. Организовывались семинары, на которые приглашались начальники "бандитских" отделов округа. От Мордовии приезжали Сергей Коцюбинский, Пискунов, с которыми и познакомился тогда Панкратов.
За каждым сотрудником ОРБ по Приволжскому федеральному округу закреплялись регионы. К примеру, за Алексеем Чугуновым числились Пенза и Мордовия. Вел дела оперативного учета, в которых накапливались данные. Без конца мотался в командировки, хотя дел и на месте хватало.
Алексей Николаевич вспоминает:
- В тот момент мы банду, за которой числилось сорок разбойных эпизодов, в Нижнем сопровождали. И тут пошли вызовы в Мордовию и Пензу, так как мордовская мафия полезла в Пензу и схватилась там с группировкой "Олимпийские". Те одного бандита из мордовских расстреляли, и в "ответку" через месяц убивают олимпийцев. Или, пока был в Пензе, мужик залез на дачу в Починках, взял ружье и стал стрелять во всех, кого видел. Наскучило, достал гранатомет и пальнул. Да так, что своих пальцев лишился. Меня выдергивают на место происшествия. Приезжаю. Начинаем трясти дачу, а там море оружия. Как позже выяснилось, принадлежало одной из мордовских группировок.
И добавляет:
- Эти наскоки, кратковременные командировки, мало чем помогали. Я, как дурак, приезжаю, беру справку и уезжаю. Ничего реального. Свои дела стоят. Зато мы как ОРБ по округу, типа, держим все на контроле.
Также Игорю Владимировичу Панкратову приходилось не раз выезжать в Саранск по громким преступлениям. По роду своей деятельности в ОРБ знал, что там творится. Не только по справкам. Как-то раз приехал знакомый, который держал в Саранске магазин. Рассказал, что к нему пришли бандиты и заявили: "Все, ты поработал, теперь дай поработать другому!» Игорь воскликнул: "И ты согласился?» - "Да, переписал магазин на другое лицо и ушел!»
- Для меня как сотрудника ОРБ, это было просто дико. Даже не верилось. На дворе 2005-й год. Ведь такие "пещерные времена" в стране прошли давным-давно, уже к середине 1990-х.
Как куратора Мордовии из ОРБ Игоря Панкратова, в рамках разрабатываемого плана по декриминализации республики, направили в Саранск для подготовки аналитической справки о криминогенной ситуации в республике.
И нарастающее раздражение при виде беспрецедентной наглости саранских группировок он высказал на совещании, которое проводил тогда исполняющий обязанности министра МВД по Республике Мордовия Сергей Дмитриевич Неяскин.
- Постоянные рейды, многочисленные досмотры и обыски не дадут нужного результата. Все лидеры легализовались и полностью адаптировались к методам оперативной работы. Здесь нужен нестандартный подход на основе качественного анализа преступлений прошлых лет и проведенной по ней оперативной работе. Лидеры не сразу стали лидерами, они сначала были "пехотинцами" и "бригадирами", и лично совершали преступления.
Сергей Дмитриевич долго обсуждал в тот день с Панкратовым обстановку в Мордовии и по большинству направлений работы их мнения полностью совпали. Чуть позже именно С. Д. Неяскин предложит Игорю Панкратову возглавить управление по борьбе с организованной преступностью в РМ, должность начальника которого уже почти год была вакантна.

Поздним вечером в Саранске инспектор ГАИ остановил машину, старенький, разбитый вдрызг китайский внедорожник, за рулем которого сидел крепкого телосложения молодой человек с короткой стрижкой. Внедорожник был до крыши набит сумками с вещами. Инспектор с удивлением рассмотрел красную книжку сотрудника ОРБ. И не удержался от вопроса:
- А вы что тут забыли, товарищ майор?
- Едем вашу мафию бороть, - спокойно сказал молодой человек.
Инспектор расхохотался:
- Нашу мафию?!
Вернул удостоверение и добавил с иронией:
- Ну-ну, успехов!
Инспектору тогда и в голову не приходило, что со столь грозной и окрепшей за десятилетия силой мордовских ОПС можно вообще бороться. И уж тем более не подозревал, с кем на самом деле он только что разговаривал.
Представляем четвертого "варяга", которому суждено было стать одним из организаторов разгрома мордовских преступных формирований.
Илья Борисович Каминский. Родился 6 апреля 1975 в Перми. Окончил пермский факультет юридического института МВД России. Вместе с однокурсником Алексеем Логунковым тоже устремился в УБОП. Даже работали не один год в одном кабинете.
В 1996 году становится старшим опером отделения по подрыву экономических основ преступных сообществ второго отдела Управления по оргпреступности при УВД Пермской области.
Как кратко охарактеризовал тот период службы Илья Борисович:
- Работа с агентурой, получение информации, проверка, подтверждение, разработка. В процессе приходило понимание процессов в преступной среде, как субкультуре. В какой-то мере законспирированная, закрытая от других. Там совершенно другая логика, вот ее и приходилось постигать.
В 2002 году Илья Каминский назначается начальником отделения по пресечению преступных сообществ этнических групп. Но уже через год переведен в Главное управление по ПФО старшим оперуполномоченным по особо важным делам в отделение долгосрочного оперативного внедрения. За плечами разработки, с которых никогда не будет снят гриф "секретно". Кандидат в мастера спорта, опытный рукопашник. Аналитик, вырос в семье университетского преподавателя, широко образован.
За несколько месяцев до сцены встречи с инспектором ГАИ, ранним утром Каминскому позвонил заместитель начальника ГУ МВД России по Приволжскому федеральному округу полковник Азат Нурутдинов.
- Спишь еще?
- Сплю.
- Ты спишь, а в Мордовии мафия нам спать не дает. Собирайся в командировку, там уже Панкратов.
Со своим однокашником Каминский уже участвовал в спецоперациях по задержанию лидеров преступных групп, включая пермского вора в законе и членов межрегиональной банды.
Как рассказывал сам Илья Борисович:
- Приезжаем в Саранск, начинаем изучать. Становление группировок, экономический потенциал, лидеры, нераскрытые преступления, совершенные с применением огнестрельного оружия... С людьми поговорили, документы изучили. Целый месяц ушло на анализ. Какую тут операцию придумаешь, когда бандитов сотни? Только войсковую. Да еще параллельно проводить надо и в других регионах, где действовали так называемые "мордовские филиалы».
В процессе аналитической работы все четче проявлялась огромная численность и четкая структура группировок, хорошая вооруженность и конспирация групп, входящих в структуру. Вся эта "мафиозная машина" была надежно укреплена пулом грамотных адвокатов, сидящих на постоянной зарплате у группировок, и готовых в любое время суток встать на защиту каждого члена структуры.
Также существовала разветвленная коррупционная сеть находящихся на содержании у "мафии". Порой даже трудно было понять, что их на это толкнуло: жажда наживы или инстинкт самосохранения за себя и своих близких, так как примеров того, что случалось с "непокорными" было предостаточно. Но факт остается фактом, в органах власти у группировок своих людей было немало.
Но, самое главное, в ходе работы у Панкратова и его людей появилось ощущение, что в самом УБОПе был "крот", и очень осведомленный. Слишком много операций, которые были очень хорошо спланированы, вдруг по непонятным причинам срывались, а преступники скрывались. Как покажет время, их подозрения были небеспочвенны.
В результате детального анализа стало приходить понимание, что противостоять организованной преступности в Мордовии не выйдет лишь наездами в командировки. Здесь надо жить и надо выстраивать комплексную стратегию борьбы с оргпреступностью, которая включала бы всех: и милицию, и ФСБ, и прокуратуру, и ФСИН, и органы власти. И не только регионального, но и окружного и федерального уровня.
Как сказал Илья Каминский:
- Я уважительно отношусь к операм, что работали до нас в Мордовии и вместе с нами. Они действительно много делали. Убийства раскрывали и банды задерживали. Но на тот момент, наверное, не было необходимой координации всех служб и ведомств. А только при ней можно добиться значимого результата. Как в оркестре, чтобы получилась хорошая музыка, важна не только хорошая игра каждого инструмента, но и хорошая сыгранность коллектива и полное взаимопонимание. Иначе никак...

 Напомню, криминальные войны отгремели, лидеры основных криминальных структур "Светотехстрой", "Юго-Запад", "Центр" и "Химмаш" объединились и координировали совместные шаги по переделу сфер влияния и экономического развития коммерческих структур. Итогом двух десятилетий владычества криминала стало неверие населения в способность правоохранительных органов защитить его, повсеместный страх.
Позже Игорь Владимирович откровенно скажет в газетном интервью:
- Ситуация в Мордовии по линии оргпреступности была просто катастрофической. Бандиты откровенно противопоставили себя органам власти, включая правоохранительные. Представьте себе: в самом центре России процветают преступные формирования - со строгой иерархией, мощной финансовой подпиткой, многочисленные, вооруженные, готовые на все! К тому же саранские лидеры и "бойцы" прошли через горнило нескольких криминальных войн, стали опытными и закаленными. В криминальных структурах имеются различные направления: экономическое, юридическое, "уличное" и т. д.
Илья Борисович также резко негативно оценивал увиденную им обстановку:
- Все границы были потеряны. Бандиты вообще все попутали, не знали, где находятся. Друг друга убивали не ради наживы, а ради демонстрации силы, агрессии... Мафия всегда пытается решить вопрос с властью, но этот процесс обоюдно выгодный. Не изнасилование же. А здесь началось просто запугивание власти, которую начали стрелять и резать, и только с одной целью - заставить с собой считаться и силой принудить органы власти начать "переговоры».
Когда работа над аналитической справкой была завершена, и Игорь Владимирович находился уже по дороге домой, раздался звонок М. Камаева, исполнявшего обязанности начальника УБОП по РМ. Сказал, что Панкратова просят на серьезный разговор в министерство.
Пришлось развернуться.
В МВД по Республике Мордовия и состоялся разговор Сергея Дмитриевича Неяскина с Панкратовым. Разумеется, потом было согласование в окружном главке, с начальником которого, генерал-полковником В. Ф. Щербаковым, состоялся трудный разговор.
Игорь Владимирович все еще был в сомнениях. Сомневался не в себе. Полагал, исходя из увиденной им ситуации, что возглавить декриминализацию должен опытный управленец.
Об этом и сказал генералу.
- Дать такому управленцу самые большие полномочия и человек 15 в помощь. Тогда, может, что-то и выйдет.
Щербаков задумался, потом медленно, веско сказал:
- В том и дело, что нужен нестандартный подход. Поэтому махровый управленец ни при чем. А вот креативные мозги и оперская удача в самый раз. А полномочия мы вам дадим, и помощь окажем, ты не переживай...
Затем Игорь Владимирович встретился с секретарем Совета безопасности РМ В. М. Миточкиным.
Валерий Иванович рассказывал автору:
- У меня тоже были сомнения, что молодым операм, да еще чужакам, под силу переломить криминальную ситуацию. Но в беседе выявили с Панкратовым общие подходы. Бить не растопыренными пальцами, тут задокументировать рэкет, там разбой... А через агентуру начать глубокую разработку, собирать материалы в отношении ОПС, а потом уже приступать к документированию, и затем к реализации. После знакомства у меня сложилось мнение, что Игорь - сможет.
Если Алексей Логунков согласился сразу, - помните, "Пацаны позвали!", - то его тезка, Алексей Чугунов, категорично отказался.
- Не, я из Саранска пятнадцать лет назад уехал в Нижний Новгород. Здесь, в Нижнем, ребенок родился, ему скоро в школу. Родителей сюда перевез. Все налажено. Я забыть бы о Мордовии хотел. И обратно?
- Даже начальником "бандитского" отдела? - спросил Панкратов.
- Тем более, начальником. Ладно, оперская работа знакома, бандитов ловить умею. Но в отделе люди, со своими проблемами, с семьями. Нет, не поеду.
Поехал...

В итоге состоялись кадровые назначения, подписанные министром МВД РМ Николаем Ларьковым. Начальником управления по борьбе с организованной преступностью был назначен Панкратов Игорь Владимирович. Он стал самым молодым руководителем УБОПа в истории спецподразделений России, 31 год. Заместителем начальника управления и начальником отдела аналитики назначен майор Илья Каминский, 30 лет. Начальником отдела по борьбе с бандитизмом назначен майор Алексей Логунков, 31 год. Капитан Алексей Чугунов, 30 лет, назначается вначале старшим оперуполномоченным по особо важным делам, и спустя два месяца становится заместителем начальника отдела по борьбе с бандитизмом.
Так, с декабря 2005 до марта 2006 года, ключевые должности в управлении по борьбе с организованной преступностью по Республике Мордовия заняли "варяги".

Читать далее. ГЛАВА 10.СВЕТОТЕХСТРОЙ

Дежурная часть

Ваше обращение будет рассмотрено в кратчайшие сроки