ШЕСТОЙ ОТДЕЛ

история БОП Республики Мордовия

ГЛАВА 3. ПРОТИВОСТОЯНИЕ

История борьбы шестого отдела - шестого отделения - УБОП с организованной преступностью в Мордовии.

В 1986 году в Саранске появляется свой крестный отец. Для многих конторщиков с "Юго-Запада" им стал некто Рашид Манёров, на личности которого стоит остановиться подробнее. Уроженец Саранска (род. в 1951 г.), с малолетства ступил на уголовную стезю. Кражи, грабежи, укрывательства преступлений... Одним из первых стал применять в разборках опасную бритву, которая по тогдашнему законодательству не являлась холодным оружием. С 1967 по 1986 год пять раз оказывался на скамье подсудимых. Самый длительный срок в 10 лет получил за убийство потерпевшей, девушки, которую сам же и обворовал. Манёров перерезал ей горло.

Длительное нахождение в местах лишения свободы сформировало его как яркого представителя воровского мира, приверженца жесткой воровской вертикали, на вершине которой находились воры в законе. Естественно, при выходе на свободу, поселившись в микрорайоне "Юго-Запад", воровскую идеологию он и стал насаждать на Улице, подминая под себя перспективных с точки зрения криминальной карьеры пацанов. К тому времени на "Юго-Западе" были несколько таких контор.
"Мыкинцы" - во главе с Сергеем Горемыкиным, куда входил его брат Вячеслав. Контора была изначально ориентирована на общеуголовные преступления, специализировались на квартирных кражах, грабежах, поджогах и вымогательствах. Со своими конкурентами, "светотехстроевскими качками", кулаками и бритвами справляться не удавалось, поэтому "мыкинцы" стали спешно вооружаться.
Это не прошло мимо внимания шестого отдела. Оперативники при разработке "мыкинцев" обратили внимание на серийность квартирных краж, где, кроме ювелирных изделий и денег, обязательным предметом кражи стали охотничьи ружья с боеприпасами. Решено было провести оперативную комбинацию с использованием современных на тот момент технических средств.
На ловца и зверь бежит. Вскоре поступила информация, что Манёров интересовался у одного охотника, ходит ли он на охоту и с каким ружьём? Убедили охотника, что надо подстраховаться, и промаркировали приклад радиоактивным изотопом. Через два дня его квартира была "обнесена", и среди всего прочего было выкрадено ружье. Потом, с использованием специального прибора-уловителя, выявили его местонахождение в подвале частного дома одного из "мыкинцев". Но из него уже успели сделать обрез, который хранился с другим арсеналом оружия. Когда все изъяли, то опера "перекрестились", что изотоп вложили в ту часть приклада, который не отпилили.
"Мыкинцы" постепенно стали расширять сферу влияния, отстреливать "светотехстроевскую" группировку, отбирать у них пивные ларьки. Так во владельца пивного ларька борца Валерия Чембаева в подъезде при выходе из квартиры выстрелили в упор из обреза. Того спасла накинутая фуфайка, заряд расщепил деревянные перила и застрял в вате доморощенного "бронежилета". У гостиницы "Центральная" открыли огонь по одному из "светотехстроевских" лидеров, боксёру Касиму Айзатуллову. Тому тоже повезло - заслонила от пуль проезжавшая вдруг машина.
Еще одна группировка на "Юго-Западе", "щукари", образовалась из спортсменов во главе с дзюдоистом Юрием Щукиным. Эта группа поначалу стала использоваться в качестве силовых "торпед", которые по замыслу Горемыкина предназначались для уличных кулачных расправ со светотехстроевским боевым звеном, "копеевцами", которых возглавлял боксёр Михаил Копейкин. Но из этой затеи ничего не вышло. "Копеевцы" к тому времени от групповых расправ переходили на совершение конкретных преступлений под руководством "старших", а Копейкин, ставший инвалидом от рубленных топором ран головы, чуть позже подсел на наркотики и как боевая единица, несмотря на свои кулаки-кувалды и опыт именитого боксёра, никакой опасности не представлял.
"Щукари" вскоре включились в "крышевание" автосамосвального завода и поставок автомашин-самосвалов из Нижнего Новгорода в Мордовию. Хотя группа выросла под крылом "юго-западских", её интересы вышли за рамки контроля "мыкинцев". С целью найма охранников для сопровождения автомашин из Нижнего Новгорода, "щукари" вошли в альянс со "светотехстроевскими" и стали использовать их людей из числа спортсменов, чем "за измену" вызвали гнев Горемыкина. Возник конфликт. Юре Щукину стали предъявлять претензии, чтоб и бизнес, и людей полностью отдал "мыкинцам" и никогда не забывал, что живёт на "Юго-Западе". Часть наиболее покорных Горемыкину людей опять переметнулась к нему, а затем "мыкинцы" постепенно перетащили на свою сторону всех "щукарей".
Сам Юрий Щукин пропал без вести. Вошел в здание МВД и не вышел из него. Его исчезновение породило массу слухов. Одни уверяли, что при допросе был убит, и тело его тайно вывезли, другие - что скрылся сам... Эти слухи, вероятнее всего, были инспирированы теми, кто был заинтересован направить следствие по ложному пути. Действительно, Юрий Щукин вызывался в шестой отдел для проверки на причастность к вымогательству автомашины "Волга" у предпринимателя Виктора Мартова. После допроса Щукин примерно в 12.45 из рабочего кабинета С. Гурьянова был отпущен домой с обязательством явиться завтра для очной ставки с Мартовым. Допрашивал его лично Владимир Ширяев.
- Я разговаривал с Щукиным, прежде чем его отпустить. Поверил ему, подписал пропуск. Гурьянову было поручено привезти Мартова, но дома его не обнаружил. На следующий день ни Мартов, ни Щукин к нам не явились. Меры розыска ничего не дали, люди как в воду канули. Дело лопнуло, что грозило для нас наказаниями за незаконное задержание. Вопреки появившимся вскоре слухам, у меня сложилось мнение, что за Щукиным вели слежку "мыкинцы", которые узнали об истории с Мартовым. Воспользовались моментом, убрали. Поэтому и запустили слух, что не вышел из МВД. Для нас эта ситуация тоже осталась невыясненной.
Гораздо позже поступила оперативная информация о некоторых эпизодах закупки Щукиным оружия, о претензиях к нему "мыкинцев" по расходованию средств из "общака", измене в пользу "светотехстроевских". Высветились и конкретные лица, угрожавшие Щукину расправой. Вот для них и было выгодно отвлечь внимание от себя.

Братья Горемыкины привлекли внимание Рашида Манёрова, который стал для них идейным вдохновителем и наставником. Объяснял участникам группы "воровские" традиции и понятия, обучал линии поведения при задержании, методам конспирации, пропагандировал жесткую дисциплину вплоть до физического устранения самих же участников группировки. Проводил среди бойцов занятия по изучению судебной психиатрии (потом изъяли у них учебники), чтобы "косить" на следствии. Когда сотрудники задерживали его подопечных, они на допросах кидались на металлические сейфы, разбивали голову в кровь и устраивали настоящие психиатрические спектакли.
Манёров настойчиво проводил линию на выстраивание мощной лидирующей в городе структуры. Вёл переговоры, то посулами, то угрозами подчиняя себе "уличных". Своего наставника Сергей Горемыкин всячески пытался превзойти. Городские легенды сохранили такой эпизод, как он вышел на поединок с одним из спортсменов, опытным боксёром, авторитетным в городе спортсменом и умелым бойцом весом под 100 кг. Схватка оказалась короткой. Горемыкин выхватил опасную бритву и в рашидовской манере одним ударом располосовал противнику лицо.
Вспоминают также, как он в телогрейке и с топором в руках бегал по микрорайону Юго-Запад и искал "пугачевских". Их глава Юрий Пугачев был перспективным спортсменом борцом-классиком. В группировки не лез, но находился в неприязненных отношениях с главой мыкинцев.
Помимо ближайших подопечных и "щукарей", Горемыкин подтянул к себе "шиндяпинцев" (лидер Виталий Шиндяпин) из боксёров, других бойцов из группировки "Мордва" во главе с Герой Антясовым, из центра и нижней части Саранска "низовцев" во главе с Олегом Балякиным. Последний вскоре случайно взорвался при подвешивании гранаты к двери квартиры директора авторемзавода Г. А. Громова, который отказался от юго-западского "крышевания".
К концу 1988 года Горемыкины создают единую группировку "мыкинцы" и начинают обучать бойцов по "манеровским", "воровским" методикам. Рашид Манёров учил, что с противником не надо церемониться и даже "сходки" и "стрелки" для переговоров не нужны. Всё это устаревает. Основное правило: нет человека - нет проблем. Надо уметь рисковать и безбоязненно применять либо "волыну", либо нож, чтоб остаться в живых. Поэтому Горемыкин стал внушать своим подопечным, чтоб носили с собой гранату, а от ментов и врагов отстреливались до последнего патрона.
Ученики четко следовали указаниям. Так, одного из разыскиваемых "мыкинцев" Алешева удалось обнаружить "наружке", когда он крутился у отделения Сбербанка в районе Светотехстроя. Немедленно сообщили в шестое отделение. Пока группа мчалась на УАЗике к месту, тот, заподозрив, что за ним следят какие-то люди, неожиданно начал палить по ним из нагана. До прибытия опергруппы "наружники" его повязали с помощью выскочивших из банка охранников. Озлобленного, связанного, изрыгающего проклятия, "упакованного" Алешева опергруппа доставила в шестой отдел, где тот разъярённо высказался:
- Я подумал, следят "светотехстроевские". А мне лично всё равно, в кого стрелять - в них или в вас, ментов.
На задержание некоего Лазуткина пришлось срочно выехать руководителю антибандитского подразделения Александру Акайкину, а он, некстати, оказался в форме, потому что был на дежурстве. Лазуткин стал отстреливаться, а когда его скрутили, увидев Акайкина, с ненавистью заорал:
- Ну, капитан, узнай тебя вовремя, в первую очередь грохнул!
Как-то поступило сообщение, что "мыкинцы" идут в кафе "Театральное" требовать откуп. Трое оперативников шестого отдела срочно "выставились" туда, но вымогатели вдвоём уже стояли напротив администратора кафе и требовательно "выступали". У одного - рука в кармане. Недолго думая, оперативник Юрий Серебряков схватил его сзади, крепко прижав руки к телу. Поэтому бандит не успел вытащить гранату, которая у него была, и выдернуть чеку. Им оказался Федин, из "шиндяпинских", по кличке Фита, со своим подручным.
В ночь, когда из обреза был расстрелян один из менеджеров завода медпрепаратов, не покорившийся "мыкинским" вымогателям, опера шестого отдела, в том числе Лапшин и Ширяев, заблокировали квартиру шиндяпинцев, подозревая их в этом преступлении.
В ответ на требование открыть дверь послышались вопли с угрозами:
- Лапша, Ширяй, уматывайте, не то вас перестреляем!
Владимир Ширяев вспоминает:
- Ситуация осложнялась. Надо задерживать, иначе упустим, а здесь шум на весь подъезд. Подъехали заместитель министра Разин, прокурор республики Сенькин. Дали добро на штурм. Собровских специалистов по захватам и кувалдой по дверям тогда не было. Лапшин обеими ногами с разбега вышиб дверь, я сделал выстрел в потолок с криком "Лежать, морды в пол!&" Пистолеты, обрез с гранатой "шиндяпинцы" успели сбросить в пакете из окна пятого этажа почти в руки участковому и свидетелям, расставленным у дома внизу. Спасибо! Как раз пригодились пальчики, оставленные на оружии, для ареста Шиндяпина и его подручных.

Дисциплина среди "мыкинцев" поддерживалась жесточайшая. В бригаде за малейшую провинность над бойцами устраивались дикие расправы, достаточно было лишь подозрения в измене от одного из "старших". Так, в сентябре 1989 года на специальном сборе в лесном массиве Юго-Запада, рядом с турбазой Сергей Горемыкин провел показательную казнь одного из наиболее строптивого и авторитетного участника Равиля Нарбекова, обвинив его в сотрудничестве с шестым отделом.
Выполняя указание одного из "старших", "мыкинец" Сергей Ковалев лично привел на эту смертельную разборку Нарбекова. Равиль пытался поздороваться с коллегами за руку, но Сергей Горемыкин его остановил:
- Погоди здороваться! Ты у нас какой-то непонятный пассажир! Сейчас будешь держать ответ, потому что, сдается нам, работаешь на милицию!
После чего он и еще один "младший", Кокурин, ремнями связали приговоренному руки и ноги. Затем отправились за лопатами на ближайшие дачи, чтоб было чем закапывать будущий труп.
Другие парни заявили, что Нарбеков записывает их голоса на магнитофон и собирает фотографии.
- Вот, видишь, сколько против тебя доводов? - констатировал Горемыкин. - Может, дадим тебе шанс, если завалишь Ширяева!
После этого, согласно показаниям "мыкинца" Клычкова, собравшиеся стали голосовать: убить или помиловать Нарбекова. Большинство высказалось за то, чтобы оставить в живых. Но Горемыкин в итоге решил по-своему... Клычков несколько раз ударил Нарбекова ножом - в живот, голову и шею. Затем к расправе подключился другой подельник, Байшев. Он нанес жертве ранения в живот и поясницу. Когда решили, что приговоренный умер, разрезали ремни. Но Нарбеков вдруг зашевелился и даже попытался укусить Клычкова. Тогда тот наступил ногой ему на шею, а Байшев начал молотить палкой по голове...
Труп закопали. После чего убийцы переоделись, а окровавленную одежду вместе с черенками от лопат сожгли.
Поэтому бойцы с "Юго-Запада" могли выслеживать свою жертву неделями, все это время жить в землянке, голодать, но выполнять задание под страхом расправы от рук своих же. Одна намеченная ими жертва сбежала в Москву. Посланные за ним "мыкинцы" не смогли убить беглеца, но чтоб попасть в сводки новостей и тем самым избежать подозрения в сговоре с ним, подожгли дверь в квартиру и сожгли его машину во дворе. Так и отчитались за акцию.
"Мыкинцы" не чуждались и оригинальных способов устранения неугодных. Осталось нераскрытым убийство девушки-соседки братьев Горемыкиных по лестничной площадке. Сережу и Славу она знала с детства, волей-неволей была свидетельницей их дальнейших "подвигов". Подкармливала частенько вкусняшками из ресторана, где работала ее мама.
Когда шестой отдел уже буквально дышал "мыкинцам" в спину, ее закололи специальным зонтиком, в который был вмонтирован острый штырь. На остановке, когда она уже шагнула на ступеньку салона троллейбуса, воткнули в спину. Она погибла мгновенно.
Сергей Горемыкин смеялся в лицо Ширяеву, когда тот на допросе пытался вывести его на признание по этому убийству:
- Без твоего ведома люди шаг в сторону боялись сделать в твоем районе, а тут соседку убили, у которой вы кормились. Кто?
- Алексеич, я в это время сидел. Ты сам же паковал. Нет у тебя доказухи, что я заказал!

Мыкинцы создали кооператив "Милосердие" для легализации воровского "общака", "подогрева" своих на зоне и организации атак с жалобами во все инстанции на милиционеров. Зарегистрировали его по адресу одного из заброшенных домов по улице Крестьянская в Саранске.
Естественно, первым объектом этой атаки стал шестой отдел. По поводу дела "мыкинских" в прокуратуре республики организовали собрание с участием "представителей общественности" этого кооператива. На встречу были вызваны заместитель министра внутренних дел республики В.С. Разин, начальник 6 отделения В. Ширяев и старший оперуполномоченный по особо важным делам В. Лапшин.
В прокуратуре половину актового зала заняли "низовцы", "шиндяпинцы", "мыкинцы". Для прикрытия "представительство" было разбавлено и родителями отдельных лидеров. "Общественность" требовала освободить узников Горемыкина, Шиндяпина и других, как жертв милицейского беспредела.
Одна из матерей стала упрекать власть в том, что "сын не виновен, ни копейки ни у кого не украл, а является революционером, борется с капитализмом, поэтому является политическим узником". Другая вместе с лидером "низовских" Олегом Балякиным стала доказывать, что её "сыновья Слава и Сергей вершат правое дело и судьбы людские, устанавливают порядок на улицах, борются с врагами и хулиганами, поэтому милиция никому не нужна, от неё только беды! Власти тоже никчемные, сами будем править через Улицу!"
Для нас с вами это собрание больше похоже на какой-то фантастический бред, но в 90-е еще и не такое бывало. "Демократический" выпад "мыкинцам" не удался, "Милосердие" кануло, но группировка не распалась. Вскоре Сергею Горемыкину удалось освободиться из-под ареста за недостаточностью улик. На него, как на организатора, не были получены доказательства его причастности к убийству, поджогам, вымогательствам и кражам. Едва выйдя на свободу, понимая, что рано или поздно за ним придут, он перешел на нелегальное положение.
Офисных помещений у контор тогда еще не было. Лидеры тайно собирались на квартире Горемыкиных, в комнате общежития на улице О. Кошевого у Владимира Толмаева, только что вернувшегося из мест лишения свободы. Укромным местом сбора по ночам было помещение "Станции юннатов" на улице Фурманова в дачном массиве за городом, куда один из "мыкинцев" устроился сторожем. При угрозе задержания или со стороны конкурентов бандиты мгновенно переходили на нелегальное положение, сделав себе лагерь в лесном массиве юго-западного района с землянками и тренировочной площадкой. Использовали также для проживания подвалы жилых домов.
Когда у группировки был обнаружен список тех лиц, за кем они вели наблюдение и кого, по их решению, следовало подвергнуть "акции", изумило, что Манёров поставил крест на своем брате, Рифате. Тот занимался спортом, был заядлым и умелым боксёром, вел пивной бизнес вместе с "светотехстроевской" командой, часть из которой вместе с ним тренировалась. Пользовался серьезным авторитетом по Улице. Так, например, в 1992 году "щукари" вымогали у женщины-предпринимательницы Св-ны Ф-ой квартиру. Она хорошо знала Рифата Манёрова и обратилась к нему за помощью. Тот вызвал к себе Юрия Щукина, и от неё отстали.
Позднее Рифат сблизился в коммерции с Олегом Еникеевым, врагом своего старшего брата Рашида Манёрова. С ним на волне приватизации стали создавать множество коммерческих структур. Главная их позиция для молодёжи была такова: при нынешней политике и экономике можно делать деньги и через коммерцию, а не как Рашид - "обрез в руки и маски на морды".
На очередном допросе Ширяев задал Манёрову вопрос:
- Ладно, меня с Лапшиным приговорили, а брата Рифата за что? Родной брат, тебе передачки таскает, твою жену с дитём продуктами снабжает!
- Фильм я хороший смотрел, - улыбнулся Манёров. - Как одна бригада старые дома в Москве рушила и напоролась на клад. Потом они стали гирей долбать по домам только с выбором, где ожидался результат. Смекаешь? Главное, знать, куда ударить. Вот и решили, кто больше мешает, того в первую очередь убрать.
- И как этот фильм связан с твоим братом?
- Он - коммерс, барыга. А в воровской общак платить отказался. Путается со светотехстроевскими. Мне наши, мыкинские, хотя не предъявили, но мнение высказали, что бьет по моему авторитету. Поэтому и решил покарать.
Видя изумление на лице Ширяева, Манёров усмехнулся:
- Может, убивать не стали, а просто в задницу "перо" бы ткнули. Главное, чтоб акцию выполнили и отчитались.

Головной болью шестого отделения была не только "манеровская" контора братьев Горемыкиных.
В силу входили "светотехстроевские", которые свой авторитет создавали сначала на противодействии юго-западским бандитам за "вышку", то есть место в иерархии криминального Саранска. Часть светотехстроевцев промышляла поборами денег "за прописку" с ПТУ-шников и оказавшихся в районе парням из других микрорайонов. С "женихов", провожающих сюда девушек, особый спрос. Таксу снижали, когда тот соглашался влиться в их группу. Саму группу разделили по направлениям: "бойцы", "пивники", "экономисты". Планировали набрать в ряды боевиков - армейцев, вернувшихся из Афганистана.
Шли сборы с пивных точек, куда устраивали своих людей, строили новые точки, учились "бодяжить" пиво. Брали под крышу промышленные предприятия и многочисленные строительные организации, расположенные в "Северном тупике". Одна из групп, А. Денисова, стала промышлять разбоями в районах Мордовии, кражами из касс и сейфов сельхозпредприятий. На их счету была большая кража из универмага в районном центре Починки Нижегородской области, где добычей стали меха, ювелирные изделия, аудиотехника и т.д. За эти преступления было задержано восемь человек.
Конторы стали поспешно моторизовываться за счет автолюбителей. Караулили автовладельцев у гаражей, наезжали толпой: "Дай машину. Надо браткам на зону грев отвезти". Либо заставляли писать доверенность через своего нотариуса, либо просто забирали внаглую, и больше человек не видел своих "жигулей", на которые горбатился иной раз с десяток лет. Непокорных избивали, сжигали их машины и гаражи, поджигали двери в квартиру...
Как рассказывал очевидец тех событий, во время такого поджога у его друга погибла жена. Задохнулась от ядовитого дыма в только что отремонтированной квартире.
Набирали силу "Мордва", "Химмаш". Каждая из контор стала четко очерчивать свои границы. Ни один ларек без разрешения "Улицы" уже не работал.

В условиях постоянного давления со стороны шестого отдела структура контор начинает усложняться. Младшие участники банды, мальчишки 12-16 лет, легко раскалывались на допросах в милиции. Получив подзатыльник, сдавали всех. Тогда лидерам пришлось разбить пехоту на пятерки, чтобы меньше было "палева". Каждый из пятерки знал только своих, и уж тем более с самим лидером не общались.
Выделились в отдельные структуры группы разведки и контрразведки. По Саранску стали шнырять по одному, по двое малолетки с блокнотиками и ручками. Фиксировали номера машин, стоящих у подъездов, милицейского транспорта, машин конкурентов, переписывали жильцов домов с телефонами, создавая свои телефонные справочники.
Евгений Гусев рассказывает:
- Я сам изымал записные книжки, находили и при обысках отчеты. Удивительно, но они были переписаны хорошим почерком. Или мама помогала, или девочки-отличницы.
Все это время в управлении шла кропотливая работа по документированию деятельности мордовских контор. В 1993 году в ряды "шестовиков" влился оперуполномоченным Михаил Камаев, майор в отставке, окончивший Казанское высшее военно-командное инженерное училище. За плечами служба в Германии, Туркмении и Афганистане. В подчинении находилось до двухсот человек. А здесь пришлось обучаться с азов компьютерной грамотности и аналитике оперативной информации.
Михаил Аркадьевич добрым словом вспоминает первого начальника отдела Андрея Попова, создавшего с ноля аналитический отдел. Тогда из техники было всего три компьютера, к которым выстраивались очереди. Основной задачей были сбор и накопление информации по преступным группировкам, создание базы данных. На то время ни одна правоохранительная служба не обладала таким преимуществом. Аналогичная была только в КГБ. И спустя годы это принесло огромную пользу.
- Без этого кладезя информации многое нельзя было сделать, - вспоминает Камаев.
Поскольку саранские группировки в основном состояли из молодежи, в основу были положены данные инспекции по делам несовершеннолетних. С них и начался учет членов организованных преступных групп. Опера добывали информацию, видео- и аудиоматериалы, свою лепту вносили сотрудники наружного наблюдения.
Спустя пять лет, в 1998 году Михаил Камаев возглавил отдел. К тому времени изменился подход к анализу массива данных. Теперь отдел мог не только "стрелять по хвостам", то есть фиксировать деятельность ОПГ, но и осуществлять прогнозы, давать рекомендации, в каком направлении плодотворнее вести оперативную работу, отмечать те или иные тенденции в развитии контор.
Однако возможностями первого отдела, надо отметить, воспользовались и некоторые начальники райотделов МВД республики, которые стали вносить на учет подозреваемых по общеуголовным делам, чтобы раскрыть преступления, надеясь на эффективность шестого отдела.

Одним из приоритетных направлений в деятельности управления являлось пресечение поставок оружия бандитам. Мы уже упоминали оперуполномоченного шестого отдела Сергея Гурьянова. Уроженец Саранска, в 1971 году окончил школу. С 14 лет занимался греко-римской борьбой, еще не достигнув двадцатилетия, стал мастером спорта. Затем была служба в Саранском учебном авиационном центре. В органах начинал с должности старшего инспектора надзорной службы спецкомендатуры №1 в Пролетарском РОВД. Здесь открывается в Гурьянове, со слов коллег, уникальная способность находить то, что пытаются скрыть. Эта способность была замечена, и в 1980 году он назначается старшим инспектором по розыску в Пролетарском РОВД. Стал заниматься розыском без вести пропавших, преступников. И в 1989, набрав опыт в борьбе с оргпреступностью, будучи зональным опером по "Светотехстрою", приглашается в министерство старшим по розыску в Республике Мордовия. Откуда в 1990 году был переведен в 6 отделение, к оперативным задачам которого его привлекали и ранее.
Невысокий, с виду неприметный, лишь взгляд умных проницательных глаз выдает бывалого опера, Гурьянов рассказывает:
- Разыскивали воспитанников Манёрова с "Юго-Запада". По квартирам, лесам...
Затем перед Гурьяновым ставят задачу искать не людей, а предметы. Оружие. В управлении он становится старшим по незаконному обороту оружия.
- Когда "конторские" поднялись, они стали выходить на оружие. Помню случай, когда на полигоны в Тоцке вышел один из "еникеевцев". В Тоцке жил саранский парень. Работал заведующим оружейным хранилищем. Когда уволился, открыл неподалеку ресторан. "Еникеевцы" нашли к нему подходы. А у саранчанина трое друзей - старшие прапорщики, и все действующие заведующие оружейными хранилищами. Получив информацию, мы перехватили гранаты Ф-1, РГД, подствольные, несколько сот патронов. Вышли на ФСК, поехали в Тоцк в особый отдел. Докладываю: от вас боеприпасы уходят к нам. Не верят. Мы показали, организовали встречу нашего человека с саранчанином, тот сводит с прапорщиками. Те на армейской "шишиге" подвозят два цинка патронов, и договариваются еще на 8 РПГ и 700 гранат.
Гурьянов улыбается:
- ФСК в ужасе. Всех задержали, конечно, боеприпасы изъяли. Так и перекрыли этот канал.
Но тотчас открылся новый. При задержаниях и обысках в Саранске у конторских стали находить модные тогда стреляющие ручки. Поступила информация, что в поселке Николаевка живет человек, которому с Сергиева Посада, Московской области, привозят ручки и вороненые пистолеты, изготовленные на военном заводе. Слежка за ним вывела в... хозяйственный магазин, где в ведре и нашли 15 таких ручек.
- Курьера оставили на свободе. Послали к нему собровцев под видом покупателей. Забили сделку, заказали партию револьверов и ручек. Потом хлопнули.
Перекрытие поставок оружия, в котором остро нуждались конторские, приводило иногда к тому, что даже в расположенной неподалеку авиационной части, с самолетов бандиты стали снимать крупнокалиберные пулеметы.
Нижеприведенный перечень изъятого у конторских в те года оружия в ходе проведения обысков, оперативно-розыскных мероприятий может дать некоторое представление о многообразии стволов, находящихся у них на руках:
"...обнаружен и изъят пистолет "ТТ", снаряженный 7 патронами и незарегистрированный газовый пистолет "Иж-79", также снаряженный патронами.
...обнаружено и изъято: пистолет-пулемет типа "Кипарис" с двумя магазинами и глушителем, ПСМ со стертыми номерами и магазином, пистолет "Байкал" калибра 9 мм без номера с магазином и глушителем, свыше 80 штук боеприпасов различного калибра, а также наручники.
...в заброшенном домике дачного массива обнаружены и изъяты карабин ОП-СКС с оптическим прицелом, обрез одноствольного охотничьего ружья "ИЖ-27ЕМ", обрез двуствольного охотничьего ружья "ИЖ-58МА", обрез малокалиберной винтовки "ТОЗ-8", граната Ф-1 с запалом УЗРГМ, свыше 300 штук патронов различного калибра".

Транспортировка оружия стала крайне опасной для конторских, лидеры осознавали, что развиваться дальше без "ментовской крыши" нельзя. В бюджетах контор появилась статья расходов на милицию. Собственно, прикрытие со стороны ряда сотрудников милиции на бытовом уровне существовало давно. Кто кому зять, брат, одноклассник... Хочешь не хочешь, прикрывали, чтоб не заслужить попреков со стороны родни. Но затем, когда конторы стали обладать значительными суммами, мотивация получать плату за "крышу" значительно выросла. Казначей ОПГ знал, кому сколько выплачивать. И под видом встречи с информатором сотрудник милиции, "крышевавший" контору, получал зарплату.
Евгений Гусев вспоминает своих бывших коллег, ставших "оборотнями в погонах":
- К 2000 году функции "крыши" расширились, в обязанности теперь входило не только информирование о предстоящих милицейских операциях, перспективах того или иного уголовного дела, сокрытия улик и т.п. Наиболее авторитетные среди бандитов милиционеры стали арбитрами, третейскими судьями во внутрибандитских разборках. Недаром с той поры стали ходить среди бандитов поговорки: "У каждой конторы свой полковник", "Ты сначала со своим полковником порешай..."
Неудивительно, что некоторые лидеры пьянели от своей безнаказанности и теряли всякую осторожность. Владимир Ширяев, заместитель начальника шестого отдела, приводит такой пример. Как-то в коридорах здания МВД он столкнулся с... Сергеем Горемыкиным. Тот в рваном трико и футболке развалился на подоконнике.
У Ширяева глаза на лоб полезли:
- Тебя вызвали?
Горемыкин ухмыльнулся:
- Привет, Лексеич, вербовать тебя пришел.
- Как ты прошел через вахту?
- Куда надо, туда и пройду.
И внаглую:
- Ну, скажешь, кто из наших на тебя работает? Кто стучит? Мы все равно, Лексеич, узнаем.
Ширяев не растерялся:
- А я-то подумал, что ты образумился и сейчас скажешь, кто вашу соседку Татьяну пикой проткнул.
Сергей вдруг вскочил и метнулся по коридору. Дежурный на вахте ответил, что выскочил один в красной футболке, как ошалелый, на улицу, а когда вошел - нет, не заметил.
Таким "прямым" разговор с бандитами был не всегда. На непокорных милиционеров устраивали настоящую охоту. На того же Ширяева покушались дважды, стреляли в дверь квартиры поздно вечером. Две малокалиберные пули тогда застряли в ватной обшивке старенькой двери.
- Промазали и сиганули так, что даже мой доберман не догнал. Но, видимо, кого-то ему удалось тяпнуть, вернулся довольный, - смеется Владимир Алексеевич.
Второй раз Ширяева при выезде из гаража на улице Красная, рядом с клубом общества глухих, ожидали двое в шлемах на мотоцикле. Один из газетного свёртка вскинул обрез, и... осечка! Ширяев направил на них свою машину. Мотоцикл рванул с места, второй киллер попытался еще раз выстрелить из обреза - и вновь осечка! Киллерам удалось скрыться, лавируя между машинами.
16 февраля 1993 года "щукари" расстреляли оперативного сотрудника следственного изолятора Александра Гагарина. Тот уделял особое внимание соблюдению режима, дисциплины среди заключенных под стражу, что не могло устраивать преступных авторитетов, пытающихся даже в таких условиях показывать свое превосходство и пользоваться привилегиями. За Гагариным в открытую вели слежку и двумя выстрелами в голову убили. Единственным свидетелем оказалась женщина, которая шла следом за ним по тропинке и видела убийцу. Свидетельницу потом с трудом разыскали оперативники, и во время суда она давала показания в специальном автобусе, под охраной.
На следующий день после убийства утром к забору СИЗО-1 подъехала автомашина "жигули", в которой находилось три молодых человека. Один из них вышел и стал кричать, что "замочили опера, надо венок заказать..."

Неудивительно, что в массе рядовых сотрудников, видевших воочию безнаказанность конторщиков, находились и те, кто, как вспоминал один из "шестовиков", "после шести в гражданку переодевались и уходили огородами". Был настолько острый момент противостояния, что однажды семьи сотрудников шестого отдела были срочно эвакуированы на конспиративное проживание в соседний район.
Владимир Яковлевич Московкин, перечисляя характерные признаки существовавших тогда в Саранске преступных групп, рассказывает:
- "Конторы" в пору расцвета имели свой бизнес, правовую поддержку, как через легальных юристов и адвокатов, так и через подкуп некоторых представителей силовых структур. Тем не менее, в те лихие времена милиция была чище, и не так поражена заразой коррупции, больше присутствовали идеологические мотивы. Конечно, были отдельные случаи, но говорить о сплошной продажности милиции нельзя, иначе мы не выстояли бы в той тяжелейшей обстановке...
Об уровне профессионализации контор к 1994 году можно было судить по так называемой банде Ломова. В тот год Ломов и его бойцы пошли в суд как банда. Им инкриминировалось несколько эпизодов преступной деятельности. Однако на деле, как написано в приговоре Верховного суда Республики Мордовия, Ломов командовал одним из структурных подразделений "Юго-Запада", так называемым "отделом информации". Основной задачей отдела являлся сбор различной информации о противоборствующих преступных группах города, о государственных органах, ведущих борьбу с преступностью, их сотрудниках.
"Ломовцы" также занимались устройством тайников для хранения оружия и конспиративных квартир. На вооружении находились автомат АК-74, два автомата чеченского производства типа "БОРЗ", два малокалиберных револьвера, 4 обреза, карабин, боеприпасы, гранаты Ф-1, РГД.
Даже бытовые по характеру преступления, как впоследствии оказывалось, совершали конторские. Как, например, нашумевшее убийство семьи Лебедевых в Саранске. Это было первое массовое убийство в республике, заставившее всех ужаснуться.
9 марта в 15.50 в квартире дома по улице Гожувской были найдены обезображенные трупы членов семьи Лебедевых. Отец, 50 лет, задушен. Мать, 48 лет, и сын, 23 года, изрезаны ножами. На каждом эксперты насчитали от 20 до 30 ранений в жизненно важные органы.
Жильцы дома в пять утра слышали крики и шум в квартире. Родители - пенсионеры, сын работал сторожем в коммерческом магазине. Дочь Ольга, 21 год, ушедшая из дома 8 марта, пока не вернулась, и позже, 11 марта в лесопосадках около Берсеневки найдут ее сгоревшие останки.
Для раскрытия преступления была создана оперативно-следственная группа, в которую вошли сотрудники уголовного розыска и шестого отдела. Кстати, работа по раскрытию всех резонансных преступлений всегда проводилась при теснейшем взаимодействии этих оперативных служб.
Оперативники сразу же усомнились в версии ограбления. Быстро установили, что вечером 8 марта член одной из ОПГ Юрий Плодухин, который был другом Ольги Лебедевой, забрал девушку из дома на глазах всей семьи, чтобы вместе отметить праздник. Плодухин, склонный к садизму, употреблял наркотики, освободился из мест лишения свободы в феврале 1993 года. Впоследствии оперативники вспомнили, что в 1991 году на ТЭЦ-2 была зверски убита жена Эдгара Калиничева, в числе подозреваемых был и Плодухин.
На гулянке конторские пустили девушку по кругу, затем, вдоволь наиздевавшись, убили. Бандиты вспомнили, что родители несчастной знали, в какой компании она отмечает праздник, и решили убрать как возможных свидетелей. С этой целью они отправились к ним и устроили ночь длинных ножей.
Труп Ольги с целью сокрытия преступления неоднократно перевозился. Причем в первый раз труп просто выкинули за мусорные контейнеры. Однако позже перевезли в лесопосадки и сожгли.
Несмотря на то, что преступники заметали следы дерзко и организованно, оперативники в кратчайшие сроки вышли на их след. Двух подозреваемых в убийстве, Калиничева и Плодухина, задержали в Москве, Чушкина и Надькина успели задержать еще дома. Немалую роль в раскрытии этого преступления сыграли сотрудники шестого отдела С. Коцюбинский, В. Лапшин.
Впоследствии убийцы и соучастники были приговорены на сроки от 4 до 15 лет лишения свободы, а организатор и непосредственный исполнитель убийств Плодухин к расстрелу.

Читать далее. ГЛАВА 4.РЭКЕТ

Дежурная часть

Ваше обращение будет рассмотрено в кратчайшие сроки